Наградные колодки на портретах Военной галереи. Часть II

Продолжаем тему наград на портретах генералов Военной галереи Зимнего дворца. В этой статье будут рассмотрены наградные колодки, состоящие из двух медалей «В память Отечественной войны 1812 года»: серебряной на Андреевской ленте и бронзовой на Владимирской. А также наградные колодки с этими двумя медалями и орденом Святого Георгия IV степени.

Поскольку, краткая информация о серебряной медали «В память Отечественной войны 1812 года» на Андреевской ленте и ордене Святого Георгия IV степени уже была неоднократно представлена в предыдущих статьях, перейдем непосредственно к бронзовой «дворянской» медали на Владимирской ленте.

Сама медаль была учреждена 30 августа 1814 года, внешний вид бронзовой медали полностью повторял внешний вид серебряной[1]. Медаль предписывалось носить на Владимирской ленте в петлице[2]. 12 апреля того же года, Комитет министров дал разъяснения Правительствующему Сенату о категориях дворян, имеющих право на получение бронзовой медали:

«1. При живом отце сыновья отделенные и имеющее свои семейства. 2. Из братьев, у коих нет в живых отца, каждый имеющий наследственную недвижимую собственность, не смотря на то, если у него семейство, или нет. 3. Не внесённые в Дворянскую родословную книгу, но имеющие собственность, в деревнях и домах заключающуся. 4. Дворяне неслужившие и не имеющие чинов, но участвовавшие в пожертвованиях по домам своим, или имениям. 5. Дворяне несовершеннолетние, состоящие под опекою, у коих в роде нет старее их. 6. Служащие военные чиновники, имеющие недвижимую собственность, или внесенные только в Дворянскую родословную книгу. 7. Но из числа Дворян, бывших под судом, имеют право на получение медалей только те, кои судом оправданы. 8. Чиновники военные находящиеся в отставке, а гражданские 8-го и высших классов служащие и отставные, за коими не состоит недвижимых имений, и которые не внесены в Дворянскую родословную книгу; а также и личные Дворяне, имеющие, или неимеющие недвижимое имение вообще, и исправлявшие должности по выборам Дворянства за поступлением Дворян в ополчение, получают медали только те, кои участвовали в пожертвованиях…»[3].

Порядок награждения бронзовой медалью подробно исследован Александром Александровичем Подмазо на страницах статьи ««И вечной памятью двенадцатого года…» (К вопросу о награждении бронзовыми медалями в память Отечественной войны 1812 года)», опубликованной в 2010 году в журнале «Старый Цейхгауз»[4].

Таким образом, возникла довольно уникальная в Российской наградной системе ситуация: многие военные, участвовавшие в боях Отечественной войны и делавшие пожертвования, были награждены сразу двумя медалями: серебряной на Андреевской ленте и бронзовой на Владимирской ленте.

В Военной галерее можно наблюдать 39 портретов, наградные колодки на которых состоят только из этих двух медалей. Такое сочетание могло возникнуть при награждении орденами старших степеней, и при отсутствии орденов, носимых в петлице.

Как и в прошлый раз, представляющие интерес фрагменты портретов были объединены в единое целое и пронумерованы в алфавитном порядке.

Далее следует список генералов, на чьих портретах были изображены наградные колодки, состоящие из серебряной на Андреевской ленте и бронзовой на Владимирской ленте медалей «В память Отечественной войны 1812 года»: 1. Бахметев Алексей Николаевич, генерал-лейтенант; 2. Берг Григорий Максимович, генерал-лейтенант; 3.    Бистром Карл Иванович, генерал-майор; 4. Бороздин Николай Михайлович, генерал-лейтенант; 5. Великопольский Антон Петрович, генерал-майор; 6. Властов Егор Иванович, генерал-лейтенант; 7. Денисьев Лука Алексеевич, генерал-майор; 8. Ефимович Андрей Александрович, генерал-майор; 9. Иловайский Алексей Васильевич, генерал-майор; 10. Карпенко Моисей Иванович, генерал-майор; 11. Кикин Петр Андреевич, генерал-майор; 12. Козен Петр Андреевич, генерал-майор; 13. Корф Федор Карлович, барон, генерал-лейтенант; 14. Лаптев Василий Данилович, генерал-лейтенант; 15. Левенштерн Карл Федорович, барон, генерал-майор; 16. Левиз Федор Федорович, генерал-лейтенант; 17. Лихачев Петр Гаврилович, генерал-майор; 18. Марков Евгений Иванович,  генерал-лейтенант; 19. Мерлин Павел Иванович,       генерал-майор; 20. Набоков Иван Александрович, генерал-майор; 21. Окулов Модест Матвеевич, генерал-майор; 22. Ольдекоп Карл Федорович,    генерал-майор; 23. Остен-Сакен Фабиан Вильгельмович, барон, генерал от инфантерии;  24. Паулуччи Филипп Осипович, маркиз, генерал-лейтенант; 25. Поль Иван Лаврентьевич, генерал-майор; 26. Репнинский Степан Яковлевич, генерал-майор; 27. Розен Григорий Владимирович, барон, генерал-лейтенант; 28. Рудзевич Александр Яковлевич, генерал-лейтенант; 29. Сабанеев Иван Васильевич, генерал-лейтенант; 30. Сиверс Карл Карлович, граф, генерал-лейтенант; 31. Талызин Федор Иванович,  генерал-майор; 32. Урусов Александр Петрович, князь, генерал-майор; 33. Цвиленев Александр Иванович, генерал-лейтенант; 34. Штейнгель Фаддей Федорович, граф, генерал-лейтенант; 35. Щербатов Александр Федорович, князь, генерал-майор; 36. Энгельгардт Григорий Григорьевич, генерал-майор; 37. Эртель Федор Федорович, генерал-лейтенант; 38. Эссен Петр Кириллович, граф, генерал-лейтенант; 39. Юзефович Дмитрий Михайлович, генерал-майор.

  

 

 

На большинстве медалей на рассмотренных фрагментах отчетливо просматриваются контуры треугольника «Всевидящего ока». Но на фрагментах № 2 – Г. М. Берг, 4 – Н. М. Бороздин, 12 – П. А. Козен, 13 – Ф. К. Корф, 31 – Ф. И. Талызин, 33 – А. И. Цвиленев, 37 – Ф. Ф. Эртель, 39 – Д. М. Юзефович бронзовые медали изображены реверсом вперёд. На фрагменте № 14 – В. Д. Лаптев бронзовая медаль и вовсе изображена практически гуртом, притом упирается во Владимирскую звезду, на которой не прокрашены золотые лучи.

Прорисовка бронзовых медалей значительно уступает прорисовке серебряных. Так, на фрагментах под № 5 – А. П. Великопольский, 7 – Л. А. Денисьев, 10 – М. И. Карпенко, 17 – П. Г.Лихачев, 24 – Ф. О. Паулуччи, 25 – И. Л. Поль, 26 – С. Я. Репнинский, 29 – И. В. Сабанеев, 30 – К. К. Сиверс обе медали изображены аверсом к зрителю, при этом, на серебряной медали сиянье «Ока» выделяется более значительно, чем на бронзовой. А на фрагментах № 3 – К. И. Бистром, 9 – А. В. Иловайский, 15 – К. Ф. Левенштерн, 22 – К. Ф.  Ольдекоп, 23 – Ф. В. Остен-Сакен, 26 – С. Я. Репнинский, 32 – А. П. Урусов, 34 – Ф. Ф. Штейнгель, 35 – А. Ф. Щербатов, 38 – П. К. Эссен на бронзовых медалях даже контур «Всевидящего ока» вовсе трудноразличим, при том, что на серебряных – обозначен. Это явление в полной мере объясняется физическими свойствами металлов: серебро более светлое и имеет блеск, бронза (медь) более темная с красноватым матовым оттенком. Кроме того, падающая тень от серебряных медалей также скрывает часть рельефа медалей бронзовых.

Фрагмент № 1 – А. Н. Бахметев сразу бросается в глаза. Из всех рассматриваемых фрагментов, только на нем дворянская медаль расположена перед медалью «боевой» на Андреевской ленте.

Форму лент медалей стоит разделить на несколько категорий. К первой можно отнести колодки (фрагменты № 5 – А. П. Великопольский, 7 – Л. А. Денисьев, 11 – П. А. Кикин, 15 – К. Ф. Левенштерн, 17 – П. Г.Лихачев, 21 – М. М. Окулов, 25 – И. Л. Поль, 28 – А. Я. Рудзевич, 36 – Г. Г. Энгельгардт) на которых сами медали частично обернуты лентами с одной или двух сторон. Во вторую категорию входят фрагменты № 2 – Г. М. Берг, 8 – А. А. Ефимович, 18 – Е. И. Марков, 26 – С. Я. Репнинский, 29 – И. В. Сабанеев, 30 – К. К. Сиверс, 31 – Ф. И. Талызин, 32 – А. П. Урусов, 33 – А. И. Цвиленев, 38 – П. К. Эссен, на которых лентами скрывается только ушки медалей. В третью – колодки на которых ленты медалей сложены по-разному и не имеют общего стиля (фрагменты № 1 – А. Н. Бахметев, 6 – Е. И. Властов, 9 – А. В. Иловайский, 10 – М. И. Карпенко, 13 – Ф. К. Корф, 19 – П. И. Мерлин, 22 – К. Ф. Ольдекоп, 23 – Ф. В. Остен-Сакен, 24 – Ф. О. Паулуччи, 33 – А. И. Цвиленев, 35 – А. Ф. Щербатов, 39 – Д. М. Юзефович) И наконец, в последнюю категорию входят колодки на фрагментах № 3 – К. И. Бистром, 4 – Н. М. Бороздин, 20 – И. А. Набоков, 27 – Г. В. Розен, 34 – Ф. Ф. Штейнгель, 37 – Ф. Ф. Эртель, геометрическая форма лент на которых наиболее близка к пятиугольной, притом сами медали полностью видны.

Высота лент на колодках, состоящих из двух медалей «В память Отечественной войны 1812 года» обычно превышает диаметр медалей, и лишь иногда приблизительно ему равна (фрагменты № 1 – А. Н. Бахметев, 19 – П. И. Мерлин, 34 – Ф. Ф. Штейнгель).

Расположение колодок на мундире различно. Некоторые (фрагменты № 1 – А. Н. Бахметев, 2 – Г. М. Берг, 5 – А. П. Великопольский, 8 – А. А. Ефимович, 9 – А. В. Иловайский, 10 – М. И. Карпенко, 17 – П. Г.Лихачев, 19 – П. И. Мерлин, 26 – С. Я. Репнинский, 28 – А. Я. Рудзевич, 30 – К. К. Сиверс, 31 – Ф. И. Талызин, 32 – А. П. Урусов, 34 – Ф. Ф. Штейнгель, 39 – Д. М. Юзефович) приближаются вплотную к воротнику, при этом, верхняя линяя колодки находится на уровне или немного выше первой бортовой пуговицы или места где она должна быть. Стоит уточнить, что многие офицеры и генералы, при ношении шейного ордена, убирали верхнюю пуговицу с мундира, чтобы металл не повреждал эмаль орденского креста.

На фрагменте № 19 – П. И. Мерлин колодка находится посередине между воображаемой линией от эполетной пуговицы до первой пуговиц борта мундира. Подобная ситуация наблюдается и на фрагментах № 31 – Ф. И. Талызин, 32 – А. П. Урусов, 34 – Ф. Ф. Штейнгель. Другие колодки расположены между первой и второй бортовыми пуговицами (фрагменты № 6 – Е. И. Властов, 7 – Л. А. Денисьев, 11 – П. А. Кикин, 13 – Ф. К. Корф, 14 – В. Д. Лаптев, 15 – К. Ф. Левенштерн, 16 – Ф. Ф. Левиз, 18 – Е. И. Марков, 20 – И. А. Набоков, 21 – М. М. Окулов, 22 – К. Ф. Ольдекоп, 24 – Ф. О. Паулуччи, 25 – И. Л. Поль, 29 – И. В. Сабанеев, 33 – А. И. Цвиленев, 36 – Г. Г. Энгельгардт, 37 – Ф. Ф. Эртель, 38 – П. К. Эссен). На фрагментах № 4 – Н. М. Бороздин и 23 – Ф. В. Остен-Сакен колодки с медалями находятся на уровне второй бортовой пуговицы мундира.

Наконец, совершенно по-иному расположены колодки на лацканных мундирах (фрагменты № 3 – К. И. Бистром, 12 – П. А. Козен, 27 – Г. В. Розен).

Особенно стоит отметить фрагмент № 27 – портрет генерал-лейтенанта барона Григория Владимировича Розена, для наглядности, приведем его полностью. Левый лацкан фрачного покроя мундира Лейб-гвардии Преображенского полка отвернут вправо и прижат верхней пуговицей правого лацкана. Колодка медалей расположена на уровне середины второй пуговицы левой части лацкана. Отчетливо заметен крест ордена Святого Георгия III степени с полностью отсутствующей эмалью на верхнем луче креста. К сожалению, не представляется возможным установить, по какой причине владелец не отреставрировал поврежденный орден. И еще удивительнее, что художник посчитал нужным обозначить эту деталь, тем более, что во всей галерее подобный случай единичный.

На фрагменте № 12 (портрет генерал-майора Петра Андреевича Козена) также стоит остановиться, но уже по другой причине. На нем отсутствует Владимирская лента бронзовой медали «В память Отечественной войны 1812 года». До конца непонятно, является ли это просто недоработкой художника, что наиболее вероятно, или неуставным способом ношения двух медалей на одной ленте. Последняя версия крайне сомнительна, но требует упоминания для полноты картины.

 Этот казус не остался без внимания Александра Александровича Подмазо и нашел отражение в одной из его статей, ровно, как и тот факт, что на портретах генерал-майоров Петра Гавриловича Лихачева и Модеста Матвеевича Окулова вовсе не могло быть ни серебряных ни бронзовых медалей, в связи с их смертью в 1813 и в 1812 гг. соответственно[5].

 

Далее перейдем к колодкам на три награждения. Ниже представлен список генералов, на чьих портретах были изображены наградные колодки, состоящие из ордена Святого Георгия IV степени и из серебряной на Андреевской ленте и бронзовой на Владимирской ленте медалей «В память Отечественной войны 1812 года»: 1. Бердяев Александр Николаевич, генерал-майор; 2. Вистицкий Михаил Степанович, генерал-майор; 3. Головин Евгений Александрович, генерал-майор; 4. Дризен Федор Васильевич, барон, генерал-майор; 5. Дятков Степан Васильевич, генерал-майор; 6. Емельянов Николай Филиппович, генерал-майор; 7. Ершов Иван Захарович, генерал-майор; 8. Ивелич Петр Иванович, граф, генерал-майор; 9. Книпер Федор Евстафьевич, генерал-майор; 10. Княжнин Борис Яковлевич, генерал-майор; 11. Козлянинов Иван Тимофеевич, генерал-майор; 12. Крейц Киприан Антонович, барон, генерал-майор; 13. Крыжановский Максим Константинович, генерал-майор; 14. Мезенцов Владимир Петрович, генерал-майор; 15. Мезенцов Михаил Иванович, генерал-майор; 16. Олсуфьев Николай Дмитриевич, генерал-майор; 17. Полуектов Борис Владимирович, генерал-майор; 18. Посников Федор Николаевич, генерал-майор; 19. Протасов Алексей Андрианович, генерал-майор; 20. Рихтер Борис Христофорович, генерал-майор; 21. Розен Федор Федорович, барон, генерал-майор; 22. Россий Игнатий Петрович, генерал-майор; 23. Сазонов Иван Терентьевич, генерал-лейтенант; 24. Свечин Никанор Михайлович, генерал-майор; 25. Ставицкий Максим Федорович, генерал-майор; 26. Талызин Александр Иванович, генерал-майор; 27. Турчанинов Андрей Петрович, генерал-майор; 28. Тучков Павел Алексеевич, генерал-майор; 29. Удом Иван Федорович, генерал-майор; 30. Храповицкий Матвей Евграфович, генерал-майор; 31. Шеле Густав Христианович, генерал-майор; 32. Шкапский Михаил Андреевич, генерал-майор; 33. Шрейдер Петр Петрович, генерал-майор.

 

Но перед тем, как приступить к разбору самих колодок, необходимо исправить небольшую ошибку, допущенную Александром Александровичем Подмазо на страницах его статьи «Фалеристический анализ портретов из Военной галереи Зимнего дворца».

В частности, он пишет, цитата: «На портретах К.Ф. Ольдекопа, И.Т. Сазонова и Е.Е. Удома вместо петличных крестов ордена Св. Георгия 4-го класса изображены шейные кресты ордена Св. Георгия 3-го класса, которых генералы не имели»[6].

Рассмотрим лишь портрет генерал-лейтенанта Ивана Терентьевича Сазонова. Отчетливо видно, что на нем изображены крест ордена Святого Георгия и две медали «В память Отечественной войны 1812 года», которые располагаются на портрете на одном уровне, ниже Владимирского креста. Из чего можно сделать вывод: все три награды являются одной колодкой, а крест ордена Святого Георгия именно IV степени, которым генерал и был награжден[7].

Похожую ситуацию можно наблюдать на портрете генерал-майора Густава Христиановича Шеле.

Орден же Святого Георгия III степени являлся очень высокой наградой, во многих случаях носился выше ордена Святого Владимира II степени, что только подтверждает данную версию.

И вновь упомянем о ещё одной статье, на этот раз, Александра Владимировича Кибовского «Прогулки по Эрмитажу. Загадки Военной галереи Зимнего дворца»[8]. Именно благодаря этой исследовательской работе, портрет Федора Федоровича Розена, ранее именовавшийся портретом Александра Владимировича Розена, наконец справедливо обрел настоящее имя.

Но приступим, наконец, к описанию непосредственно наградных колодок.

Наибольший интерес, среди всех, представляет колодка, изображенная на фрагменте № 3 (портрет генерал-майора Головина Евгения Александровича). Генерал запечатлён в мундире Лейб-гвардии Егерского полка.

Георгиевский орденский крест и медали наградной колодки прикреплены к единому прямоугольной формы основанию, на которое натянуты орденские ленты. Высота орденских лент, а, следовательно, и самой колодки, минимальна. Именно такую колодку можно называть полноценной наградной колодкой в классическом ее понимании. Более того, стоит отметить, что написание портрета происходило в 1821-1823 гг. (12 декабря 1823 года Евгений Александрович был награждён орденом Святой Анны I степени[9], который отсутствует на портрете).

Но строгие прямоугольные формы для петличных наград станут наиболее популярны уже в царствование Императора Николая I, что еще раз подчёркивает ведущую роль Гвардии в формировании российской военной моды, в том числе и в отношении ношения наград.

При этом, на фрагменте № 18 – Ф. Н. Посников серебряная медаль «В память Отечественной войны 1812 года» на Андреевской ленте располагается прежде ордена Святого Георгия, а на фрагменте № 24 – Н. М. Свечин бронзовая медаль располагается перед серебряной, что противоречит тогда еще неписанным правилам ношения наград.

В целом, способы ношения орденских крестов Святого Георгия IV степени совпадают с описанными ранее в предыдущей статье, как и способы складывания и крепления орденских лент. Значительную группу составляют колодки, на которых орденские кресты обёрнуты лентой с двух сторон (фрагменты № 7 – И. З. Ершов, 13 – М. К. Крыжановский, 14 – В. П. Мезенцов, 15 – М. И. Мезенцов, 16 – Н. Д. Олсуфьев, 22 – И. П. Россий, 26 – А. И. Талызин, 28 – П. А. Тучков, 33 – П. П. Шрейдер). На фрагментах № 6 – Н.Ф. Емельянов, 11 – И. Т. Козлянинов, 17 – Б. В. Полуектов, 20 – Б. Х. Рихтер, 27 – А. П. Турчанинов орденские кресты обернуты лентой только с одной стороны. Третью, наиболее многочисленную, группу (фрагменты № 1 – А. Н. Бердяев, 5 – С. В. Дятков, 9 – Ф. Е. Книпер, 12 – К. А. Крейц, 18 – Ф. Н. Посников, 19 – А. А. Протасов, 24 – Н. М. Свечин, 28 – П. А. Тучков, 29 – И. Ф. Удом, 32 – М. А. Шкапский) составляют кресты, лента вокруг которых обернута таким образом, что скрывает один угол верхнего луча, а противоположный угол того же луча располагается над лентой. Наконец, на фрагментах № 4 – Ф. В. Дризен, 25 – М. Ф. Ставицкий, 30 – М. Е. Храповицкий, 31 – Г. Х. Шеле кресты ордена Святого Георгия полностью видны, за счёт того, что лентой обернуты орденские ушки.

Отдельного упоминания заслуживает колодка на фрагменте № 2 –  М. С. Вистицкий. Ленты ордена и медалей на которой располагаются горизонтально, но дополнительно обернуты вокруг себя по вертикали.

Прорисовка орденских крестов выполнена на достаточном уровне. Изображение всадника, поражающего копьем змия, на центральном медальоне довольно хорошо просматривается на всех фрагментах, за исключением № 5 – С. В. Дятков, 22 – И. П. Россий  и 23 – И. Т. Сазонов  где оно «смазано» и № 25 – М. Ф. Ставицкий, на котором крест изображен реверсом. На фрагменте № 19 – А. А. Протасов на верхнем луче креста отчетливо прорисован небольшой, но глубокий (виден металл) скол эмали.

На трети колодок (фрагменты № 1 – А. Н. Бердяев, 2 – М. С. Вистицкий, 3 – Е. А. Головин, 5 – С. В. Дятков, 11 – И. Т. Козлянинов, 12 – К. А. Крейц, 13 – М. К. Крыжановский, 15 – М. И. Мезенцов, 26 – А. И. Талызин, 30 – М. Е. Храповицкий, 32 – М. А. Шкапский) ленты всех трех наград изображены симметрично и сложены в одном стиле.

Верхние линии всех рассмотренных здесь колодок на три награждения, за исключением той, что изображена на фрагменте № 4 – Ф. В. Дризен, представляют собой достаточно прямую линию, стремящуюся вверх справа налево под различными углами или находящуюся практически горизонтально (фрагменты № 3 – Е. А. Головин, 7 – И. З. Ершов, 14 – В. П. Мезенцов).

Высота лент колодок относительно небольшая и в среднем не превышает высоту креста ордена Святого Георгия. Однако на фрагментах № 3 – Е. А. Головин, 15 – М. И. Мезенцов, 17 – Б. В. Полуектов, 19 – А. А. Протасов, 20 – Б. Х. Рихтер, 30 – М. Е. Храповицкий орденские ленты имеют меньшую высоту.

Расположение колодок относительно мундира делится на две основные категории: на мундирах однобортных с рядом пуговиц и на мундирах лацканного покроя.

На однобортных мундирах наградные колодки располагаются по горизонтали достаточно близко к ряду пуговиц (фрагменты № 4 – Ф. В. Дризен, 7 – И. З. Ершов, 16 – Н. Д. Олсуфьев, 18 – Ф. Н. Посников, 19 – А. А. Протасов, 26 – А. И. Талызин, 27 – А. П. Турчанинов, 28 – П. А. Тучков), иногда вплотную (фрагменты № 1 – А. Н. Бердяев, 2 – М. С. Вистицкий, 5 – С. В. Дятков, 9 – Ф. Е. Книпер, 11 – И. Т. Козлянинов, 12 – К. А. Крейц, 14 – В. П. Мезенцов, 15 – М. И. Мезенцов, 22 – И. П. Россий, 25 – М. Ф. Ставицкий) или посередине между воображаемой линией от эполетной пуговицы до первой пуговицы борта мундира (фрагменты № 17 – Б. В. Полуектов, 21 – Ф. Ф.Розен, 24 – Н. М. Свечин).  По вертикали, места прикрепления колодок варьируется в промежутке от уровня выше верхней пуговицы до уровня нижней части второй пуговицы.

Немного иначе обстоит дело с колодками на мундирах фрачного покроя (фрагменты № 3 – Е. А. Головин, 13 – М. К. Крыжановский, 20 – Б. Х. Рихтер, 29 – И. Ф. Удом, 30 – М. Е. Храповицкий). В случае с фрагментами № 3 – Е. А. Головин, 29 – И. Ф. Удом, 30 – М. Е. Храповицкий колодки расположены приблизительно в середине условной трапеции, между первой и второй лацканной пуговицей и вертикальной линией борта мундира.

На фрагментах № 13 – М. К. Крыжановский и № 20 – Б. Х. Рихтер                        наградные колодки располагаются у непосредственного края верхней части лацкана мундира. Складывается впечатление, что на портрете генерала Бориса Христофоровича Рихтера наградные ленты загибаются за обратную сторону лацкана, однако однозначно это утверждать нельзя. Кроме того, орденский крест «вставлен» в ленту сбоку, о чем свидетельствует характерная складка на ней.

В дополнение, упомянем, что на портрете Максима Константиновича Крыжановского ниже колодки расположен знак официала Капитула Российских Императорских орденов в виде креста ордена Святого Апостола Андрея Первозванного (в 1816 году Крыжановский был назначен казначеем Капитула Российских Императорских орденов[10]).

 

Для серебряных и бронзовых медалей на колодках с орденом Святого Георгия IV степени все сказанное выше в отношении колодок, состоящих из двух медалей «В память Отечественной войны 1812 года» в большей степени актуально.

Из общего фона выбивается колодка, изображенная на фрагменте № 10 – Б.Я. Княжнин. Крест ордена Святого Георгия размещен таким образом, что орденская лента огибает его со стороны реверса, но при этом частично вывернута наружу. Еще более удивителен тот факт, что орденская звезда Святого Владимира частично расположена на лентах медалей. Такой способ ношения наград не вполне типичен для того времени, хотя изредка и встречается. В подобных ситуациях более характерно как раз обратное, когда наградная колодка частично «наезжает» на орденскую звезду.

В заключение, сделаем краткие общие выводы по рассмотренным группам колодок.

Сами по себе наградные колодки, как состоящие из ордена и медалей, так и состоящие только из медалей, позволяют в значительной степени наблюдать начало формирования в 20-е года XIX века традиции ношения наград в едином стиле.

Анализ колодок на портретах Военной галереи на три награждения с орденом Святого Георгия IV степени дает возможность увидеть характерный наклон верхней линии колодки, а также более подробно рассмотреть стилистику наградных колодок.

Обозревая же общую картину 72 колодок, приведенных в этой статье, можно отчетливо проследить разницу между лентами медалей, расположенными в колодке перед орденом и лентами в чисто медальной колодке. Она заключается в том, что в колодках с орденом ленты медалей подчинены стилистике ленте ордена, и в большей степени представляют собой единое целое.

Для большинства колодок характерна длина орденской ленты, превышающая высоту награды, однако в некоторых случаях эта разница не столь очевидна.

Наконец, в обеих группах фрагментов портретов прослеживается ведущая роль Гвардии в тенденции развития общей военной моды.

На этом, завершаем вторую часть исследований наградных колодок на портретах Военной галереи Зимнего дворца.

По-прежнему, связаться с автором, высказать свои пожелания, предложения, аргументированную и подкрепленную источниками критику Вы можете по адресу электронной почты: s.n.golovin@mail.ru .

[1] 25.671. Полное Собрание Законов Российской Империи. С 1649 года. – Санкт-Петербург: Печатано в типографии II Отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии. Т. XXXII.: 1812-1814., 1830. – С. 906-910.

[2] 25.677. Полное Собрание Законов Российской Империи. С 1649 года. – Санкт-Петербург: Печатано в типографии II Отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии. Т. XXXII.: 1812-1814., 1830. – С. 1002-1003.

[3] 25.821. Полное Собрание Законов Российской Империи. С 1649 года. – Санкт-Петербург: Печатано в типографии II Отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии. Т. XXXIII.: 1815-1816., 1830. – С. 60-62.

[4] Подмазо А.А. «И вечной памятью двенадцатого года…» (К вопросу о награждении бронзовыми медалями в память Отечественной войны 1812 года) // Старый Цейхгауз. – М., 2010, № 2/34, С. 2-7.

[5] Подмазо А.А. Фалеристический анализ портретов из Военной галереи Зимнего дворца // Отечественная война 1812 года и российская провинция в событиях, человеческих судьбах и музейных коллекциях. Малоярославец, 2009. С. 273–282.

[6] Там же.

[7] Военная галерея 1812 года: издано по повелению государя императора / [под ред. и с предисл. Вел. кн. Николая Михайловича; при участии А.А. Голомбиевского]. – С.-Петербург: Экспедиция заготовления государственных бумаг, 1912. С. 216-217.

[8] Кибовский А.В. Прогулки по Эрмитажу. Загадки Военной галереи Зимнего дворца. // Цейхгауз. – М., 2001, № 1/13, С.18-21.

[9] Список кавалерам Императорских Российских орденов всех наименований за 1832 год. – Санкт-Петербург: при Императорской академии наук. – 1833. Часть III – С. 26.

[10] Военная энциклопедия / Под ред. В. Ф. Новицкого и др. — СПб.: т-во И. В. Сытина, 1914. т. 14. С. 324—325.

Сергей Николаевич Головин 

Наградные колодки на портретах Военной галереи. Часть I Сергей Головин

Кульмский крест на портретах Военной галереи Сергей Головин

Реконструкция колодки 1812 года: практика и рассуждения

__________________

Обсудить материал на форуме >>>